Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

96

появился сэр Эдвард, я принял его за нашего спасителя. Простишь ли ты мне когданибудь мою наивность, изза которой с первых же дней жизни здесь мы оказались разлучены? Балуя тебя, как свою родную дочь, он завоёвывал моё доверие и одновременно его предавал. Тебе было всего три года, когда он оторвал меня от тебя. Со мной навсегда остался детский запах последнего поцелуя, который ты запечатлела тогда, давнымдавно, на моём лбу. Я всё сильнее заболевал, и Ленгтон, пользуясь моей слабостью, переселил меня в конуру, где я это пишу. Вот уже шесть лет я не выхожу из этой кельи, шесть лет не могу тебя обнять, увидеть свет в твоих глазах. В них горит огонь, живший в душе твоей матери.

        В обмен на мои картины Ленгтон занимается тобой, кормит тебя и воспитывает. Меня часто навещает кучер, он рассказывает мне о тебе.

        Иногда мы с ним даже смеёмся: он живописует твои подвиги, говорит, что ты смышлёнее родной дочери Ленгтона. Когда ты играешь во дворе, он помогает мне добраться до чердачного окошка. Отсюда я слышу твой голос, и пусть у меня чудовищно болят кости, это — единственная моя возможность полюбоваться, как ты растёшь. Тень старика, которую ты иногда замечаешь под крышей и которой так боишься, — это твой настоящий отец. Покидая меня, кучер горбится, придавленный грузом молчания и стыда. С тех пор как издохла его лошадь, он пал духом. Я написал для него картину, но Ленгтон её отнял.

        Клара, я совсем обессилел. Мой друг кучер передал мне поразивший его разговор. Пристрастие Ленгтона к игре повлекло серьёзные денежные трудности, и жена вытянула из него, что после моей смерти мои картины подорожают и спасут их от разорения. Вот уже несколько дней моё нутро раздирает боль, и я боюсь, что он не удержался и поддался на страшный соблазн… Девочка моя, если бы не ты, если бы не моя отрада — твой смех, доносящийся до моего слуха, — то я, честно говоря, встретил бы смерть как избавление от страданий. Но я не могу уйти в другой мир со спокойной душой, не постаравшись оставить тебе неповторимый подарок в память обо мне.

        Это моя последняя картина, мой шедевр, ведь я пишу тебя, дитя моё. Тебе всего девять лет, но чертами ты уже повторяешь свою мать. Чтобы Ленгтон не отнял у тебя эту картину, я скрыл твоё лицо и замаскировал свою подпись при помощи лака, состав которого известен только мне.

        Как видишь, годы, которые я протомился в СанктПетербурге на скамье химического факультета, все же пошли мне на пользу. Кучер поклялся, что в день твоего шестнадцатилетия передаст тебе эту тетрадь. Он отвезёт тебя к русским друзьям, они все тебе переведут. Тебе достаточно будет воспроизвести формулу, которую я записываю на следующих страницах, — и ты узнаешь, как удалить нанесённый мною лак. Предъявив эту картину, ты докажешь при помощи этой тетради, что автор картины — я. Это моё единственное завещание, доченька, но ты получаешь это наследство от отца, который, находясь одновременно так близко и так далеко от тебя, ни на мгновение не переставал тебя любить. Говорят, искреннее чувство бессмертно. Даже после смерти я не перестану тебя любить.

        Хотелось бы мне увидеть, как ты вырастешь,

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту