Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

89

ещё взялся баловать свою старшую дочь. Она ни в чём не знала отказа. Знали бы вы, как страдала от равнодушия отца младшая дочь! Но мужчины признают только свои желания, не думая, какое зло могут причинять. Как вы могли так с нами поступить?

        — Не понимаю, о чём вы говорите?

        — Старшая дочь, отцовская любимица, увлеклась блестящим молодым знатоком искусства. Они были словно созданы друг для друга. Для Эдварда было невыносимо терять любимую дочь, он сгорал от ревности, как часто происходит, только не с такой силой, с многими отцами, когда их дети начинают стремиться к самостоятельному полёту. Я только и мечтала, чтобы она нас покинула, надеясь, что после этого Эдвард обратит наконец внимание на Анну. После смерти Владимира у нас почти не осталось возможностей исполнять наши финансовые обязательства. От разорения нас могла спасти только продажа его последней картины. Мы рассчитывали выручить за неё значительную сумму, после чего сильно подорожали бы и все другие непроданные полотна, собранные моим супругом за долгие годы. Этого требовала простая справедливость, ведь Эдвард долго содержал Владимира в неприличной роскоши в ущерб всей семье!

       

* * *

       

        Клара полезла в проделанную Питером дыру. За стеной все дышало нищетой. Неуклюжая обстановка исчерпывалась столиком, стулом с неудобным си деньем, кроватью, больше похожей на койку в военном лазарете. На одной из трех полок красовался старинный фаянсовый горшок. В глубине комнатушки, над мольбертом, белело на потолке пятно проникающего снаружи света. Питер шагнул в угол, задрал голову и стал разглядывать приколоченные к потолку доски. Привстав на цыпочки, он оторвал их одну за другой. Теперь мольберт был освещён лучше. Питер распахнул освобождённую форточку и подтянулся на руках.

        Из крыши высунулась его белая от пыли голова. Вокруг расстилался парк, большая тополиная ветвь касалась водосточного желоба. Питер с улыбкой спрыгнул обратно.

        — Клара, мы обнаружили настоящее жилище Владимира Рацкина. Это здесь он написал «Молодую женщину в красном платье»!

       

* * *

       

        Алиса Уолтон крутила на пальце кольцо, в пепельнице дымилась недокуренная сигарета. Она нервно загасила её и тут же зажгла новую. Огонёк зажигалки осветил её лицо невесёлым светом. Каждая её морщина свидетельствовала о страдании и гневе.

        — Увы, в день аукциона недобросовестный эксперт прислал оценщику письмо с утверждением, будто картина не подлинная! Человек, сорвавший торги и разоривший мою семью, был не кем иным, как отчаявшимся сообщником старшей дочери, мстившей папаше за запрет замужества. Дальнейшее вам известно: мы отправились в Америку. Через несколько месяцев после прибытия сюда мой муж умер, не выдержав бесчестья.

        Джонатан встал и подошёл к высокому окну. Все услышанное казалось ему ложью. Его не оставляла память о последнем, совместном с Кларой кошмаре. Стоя к Алисе спиной, он качал головой, не желая с ней соглашаться.

        — Не изображайте оскорблённую невинность, Джонатан! Вас тоже посещают эти видения. Я так и не простила вас и её. Ненависть — чувство, долго поддерживающее живую силу наших душ. Я не переставала

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту