Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

77

тебя он не посмеет. Твоя ангельская неприкосновенность наводит на размышления.

        София заглянула Лукасу в глаза.

        – Я говорю не об этом. Что с нами будет через два дня?

        Он провел кончиком пальца по губам Софии, она не стала сопротивляться.

        – О чем ты думаешь? – взволнованно спросила она, снова берясь за иголку.

        – В день падения Берлинской стены люди по обеим ее сторонам обнаружили, что похожи друг на друга. С обеих сторон стояли дома, ездили машины, по вечерам на всех улицах загорались фонари. Они бывали счастливы и несчастливы по разным причинам, но дети Запада и Востока поняли, что с другой стороны все не так, как им раньше втолковывали.

        – Почему ты это говоришь?

        – Потому что слышу виолончель Ростроповича.

        – Что она играет? – спросила она, заканчивая третий шов.

        – Я впервые ее слушаю! К тому же ты делаешь мне больно…

        София нагнулась к Лукасу, чтобы перекусить зубами нитку. Потом, прижавшись лбом к его плечу, застыла. Их объединяла тишина. Лукас погладил здоровой рукой волосы Софии. От его ласки она затрепетала.

        – Два дня – это так мало!

        – Мало, – шепотом согласился он.

        – Нас разлучат. Это неизбежно.

        Впервые оба, София и Лукас, устрашились вечности.

        – Может быть, попробовать договориться, чтобы тебя отпустили со мной? – робко молвила София.

        – Переговоры с Президентом невозможны, особенно когда его провели. И вообще, я очень боюсь, что доступ в твой мир для меня невозможен.

        – Но раньше существовали места перехода между Востоком и Западом… – начала она, приближая кончик иголки к краю раны.

        Лукас поморщился и вскрикнул.

        – Вот неженка! Я до тебя почти не дотронулась! Дай закончить начатое.

        Дверь резко распахнулась. Вошла Матильда, опиравшаяся за неимением костыля на швабру.

        – Я не виновата, что у тебя здесь бумажные стены! – заявила она, прыгая к ним. Сев на кровать, она приказала Софии: – Давай сюда иголку! А ты, – обратилась она к Лукасу, – сядь поближе. Тебе ужасно повезло, я левша!

        И она умело завершила наложение швов. Всего их потребовалось шесть – три спереди и три на спине.

        – Два года за прилавком в злачном месте – отличный способ набить руку в ремесле сестры милосердия, особенно когда ты влюблена во владельца. Кстати, прежде чем пойти спать, я должна коечто сказать вам обоим. После этого я очень постараюсь внушить себе, что я сплю, и пусть завтра утром я буду хохотать до упаду, вспоминая сон, который мне сейчас снится.

        Опираясь на свой импровизированный костыль, Матильда запрыгала к двери. Прежде чем выйти, она оглянулась на подругу и ее друга.

        – Не важно, ошибаетесь вы на свой счет или нет. Ао встречи с тобой, София, я думала, что настоящее счастье на этой земле встречается только в глупых книжках, этим они как будто и отличались. Но однажды ты мне сказала, что даже у самого худшего из нас гдето спрятаны крылышки и надо помочь ему их раскрыть, а не осуждать его. Воспользуйся своим шансом! Если бы мне попался такой, как он, то будь уверена, старушка, я бы его не выпустила. А ты, раненый верзила, заруби себе на носу: если выдерешь у нее хоть одно перышко, я расковыряю твою рану вязальной иглой! И не надо таких гримас, слышите? Что бы на вашу долю

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту