Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

64

наша!

        – Тебе чего?

        – Нисколечко не испугалась?

        – У тебя больше не бывает приступов с тех пор, как я слежу за твоим уровнем сахара и холестерина. Хотя иногда я тоскую по временам, когда ты тайком пожирал яйца: тогда у тебя хотя бы изредка повышалось настроение. Этот очаровательный звонок – повод узнать, как у меня дела?

        – Еще – кое о чем тебя попросить.

        – Да уж, просить ты умеешь! Я тебя слушаю – как всегда.

        – Запроси центральный компьютер: нужны все сведения о Феликсе Гомесе, Филморстрит пятьдесят шесть, докерская карточка 54687. Второе: кто тебе наплел, что я тайком ем яйца?

        – Представь, я тоже служу в полиции! Ты ешь так же деликатно, как и говоришь.

        – Что это доказывает?

        – Кто относит в чистку твои рубашки? Все, хватит, у меня на линии шесть вызовов, среди них могут оказаться понастоящему срочные.

        Как только Наталья повесила трубку, Пильгес включил сирену, развернулся и помчался в противоположную сторону.

        Потребовалось не меньше получаса, чтобы толпа угомонилась. Собрание в порту только что началось. Манча дочитывал медицинское заключение, предоставленное Мемориальным госпиталем СанФранциско. Гомеса пришлось трижды оперировать. Врачи не брались утверждать, что он когданибудь вернется на работу, но две трещины поясничных позвонков не затронули костный мозг. Пациент попрежнему без сознания, но его жизнь вне опасности. По толпе пробежал вздох облегчения, но напряжение осталось прежним. Докеры столпились перед импровизированной эстрадой, зажатой между двумя контейнерами. София не пыталась пробиться ближе и осталась в заднем ряду. Манча потребовал тишины.

        – Комиссия по расследованию пришла к заключению, что несчастный случай с нашим товарищем произошел, скорее всего, изза ветхости трюмной лестницы.

        Профсоюзный босс глядел сурово. Условия, в которых им приходилось работать, поставили под угрозу жизнь очередного докера. Снова им приходилось расплачиваться своим здоровьем!

        Изза двери контейнера, соседствовавшего с трибуной, с которой Манча обращался к портовикам, тянуло горьким дымом. Зажигая тонкую сигару, Эд Херт опустил стекло своего «Ягуара». Он вернул прикуриватель в гнездо и выплюнул оставшиеся на языке табачные волокна. Чувствуя, как в нескольких метрах от него закипает ярость, он довольно потер руки.

        – Мне остается одно: предложить прекратить работу на неопределенный срок, – заключил Манча

        Над двором повисла тяжелая тишина. Одна за другой поднялась сотня рук. Манча кивнул: решение его товарищей было единогласным. София набрала в легкие побольше воздуху.

        – Не делайте этого! – крикнула она. – Вы попадете в ловушку!

        На лицах обернувшихся к ней людей читалось удивление пополам с гневом.

        – Гомес упал не изза гнилой ступеньки! – добавила София.

        – Куда она лезет? – крикнул ктото из докеров.

        – Тебя как старшую по безопасности никто не обвиняет – вот и сиди тихо! – подхватил другой.

        – Не пори чушь! – отрезала София. Она чувствовала, что вызывает всеобщее недовольство. – Меня все время упрекают за то, что я слишком за вас трясусь, вам это отлично известно!

        Толпа несколько секунд собиралась с мыслями, потом раздался третий крик:

        – Почему тогда упал Гомес?

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту