Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

38

свет. Она просунула голову в окно и крикнула:

        – Прошу прощения, но все земноводные – дальтоники!

        Дождавшись «зеленого», она надавила на газ и помчалась к порту.

        – Профессиональные обязанности? Квакваква! Кем он себя воображает?!

        Охранник пристани № 80 вышел из своей будки и подал ей записку от Манчи: бригадиру грузчиков надо было немедленно с ней увидеться. Она покосилась на часы и поехала к офису бригадиров. Стоило ей войти и увидеть выражение лица Манчи, как она поняла: случилось несчастье. Он подтвердил: матрос Гомес свалился в трюм. Причиной несчастного случая стала, судя по всему, сломанная лестница. Содержимое трюма смягчило падение, но несильно, и беднягу отправили в больницу в тяжелом состоянии. Коллеги трюмного матроса возмущены. Произошло это не во время дежурства Софии, тем не менее она чувствовала себя ответственной. Напряжение продолжало нарастать, между пристанями 96 и 80 уже поговаривали о забастовке. Желая погасить страсти, Манча дал обещание задержать корабль. Если расследование подтвердит подозрения о причинах инцидента, профсоюз вчинит судовладельцу иск. Пока же, желая оспорить обоснованность забастовки, Манча пригласил на ужин трех глав отделения профсоюза портовиков. Он хмуро записал на клочке бумаги, выдранном из блокнота, координаты ресторана.

        – Хорошо бы ты составила нам компанию, я заказал столик на девять вечера.

        Взяв у него листок, София вышла. На пристани дул резкий, как пощечина, холодный ветер. Она набрала в легкие ледяной воздух и задержала дыхание. На поскрипывающий причальный канат уселась чайка и уставилась на Софию, наклонив головку.

        – Это ты, Гавриил? – робко спросила София. Птица с громким криком взмыла в воздух. – Нет, не ты…

        Она побрела вдоль воды, испытывая незнакомое чувство: вместе с водяной пылью ее обволакивала непрошеная грусть.

        – Ты чемто огорчена?

        Голос Джуэлса заставил ее вздрогнуть.

        – Я не слышала, как вы подошли.

        – Зато я тебя услышал. – Старик приблизился к ней. – Что ты здесь делаешь в такой час? Сейчас не твоя смена

        – Пришла поразмыслить о том, почему день получился таким нелепым.

        – Сама знаешь, как обманчива бывает видимость!

        София пожала плечами и опустилась на первую ступеньку лестницы, спускающейся к воде. Джуэлс устроился с ней рядом.

        – Нога не болит? – спросила она.

        – Наплюй ты на мою ногу! Лучше расскажи мне о своем огорчении.

        – Наверное, это усталость.

        – Усталость тебе неведома. Так я слушаю!

        – Сама не знаю, что со мной, Джуэлс. Какаято вялость…

        – Ну вот, приехали!

        – А что?

        – Так, ничего. Откуда взялась эта хандра?

        – Понятия не имею.

        – Никогда не знаешь, откуда берется этот скарабей печали: бывает, от него спасу нет, а поутру хватишься – а его уже и след простыл.

        Он попытался встать, она протянула ему руку, чтобы он на нее оперся. Он поморщился, выпрямляясь.

        – Четверть восьмого, тебе пора.

        – Откуда вы знаете?

        – Оставь свои вопросы. Время позднее, вот и все. Всего хорошего, София!

        Он бодро зашагал, совсем не хромая. Прежде чем исчезнуть под своей аркой, он обернулся и крикнул:

        – Эта твоя хандра – блондин или брюнет?

        И Джуэлс канул в темноту, оставив ее

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту