Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

12

Он постоянно тщится доказать Мне, что Мое творение этого не достойно.

        Он жестом повелел Софии читать дальше.

        «…Все анализы политической, экономической и климатической обстановки заканчиваются выводом, что земля проваливается в ад».

        Это место ей растолковал Михаил: Совет отверг это преждевременное заключение Люцифера, объясняя создавшееся положение их непрекращающейся враждой, помехой для проявления истинной человеческой природы. Делать окончательный вывод рано, пока что ясно одно: дела в мире не слишком хороши.

        София читала дальше: «Оба категорически расходятся в своих представлениях о человечестве. После бесконечных споров мы согласились, что наступление третьего тысячелетия – это начало новой эры, в которой будет покончено с нашим антагонизмом На севере и на юге, на западе и на востоке наступило время заменить наше враждебное сосуществование более эффективным принципом…»

        – Так больше не могло продолжаться, – объяснил Господин. София заворожено следила за медленными жестами, которыми Он сопровождал Свои слова. – Двадцатый век получился слишком тяжелым. Если так пойдет и дальше, мы оба окончательно утратим контроль над происходящим. Это нетерпимо, мы обязаны заботиться о своем престиже. Земля во Вселенной не одна, на Меня все смотрят. Святые места полнятся вопросами, но люди находят там все меньше ответов…

        Михаил от смущения уставился в потолок и кашлянул. Господин позволил Софии прочесть главное:

        «Чтобы определить, кому будет принадлежать право властвовать на земле в следующем тысячелетии, мы вступаем в последний поединок. Условия его таковы.

        На семь дней мы посылаем к людям того или ту, кого считаем лучшим (лучшей) из наших помощников. В зависимости от того, к чему одному из них удастся склонить человечество – к добру или к злу, победа будет присуждена одному из двух лагерей, после чего они сольются воедино. Право властвовать в новом мире будет принадлежать победителю».

        Рукописный документ завершался двумя подписями: Бога и дьявола.

        София медленно подняла голову. Ей хотелось еще раз прочесть все с начала, чтобы понять, что стало причиной страшного решения, которое она держала в руках.

        – Нелепое пари… – проговорил Господин, словно оправдываясь. – Но что сделано, то сделано.

        Она не отдавала пергамент, Он читал удивление в ее взгляде.

        – Считай это дополнением к моему завещанию. Я тоже старею. Впервые я чувствую нетерпение и поэтому тороплю время. – Глядя в окно, Он добавил: – Я не забываю, насколько оно сочтено… Так было всегда, и это моя первая уступка.

        Михаил жестом показал Софии, что пора встать и уйти. Она тут же подчинилась. Но у двери не удержалась и обернулась.

        – Господин!

        Михаил затаил дыхание. Бог оглянулся на зов, и София просияла.

        – Спасибо, – произнесла она. Бог улыбнулся ей.

        – Семь дней ради вечности… Я на тебя рассчитываю.

        Он проводил ее взглядом. Михаил задохнулся, услышав Божественный зов. Он отпустил Софию и вернулся в кабинет. Господин прищурился.

        – Кусочек резины, который она прилепила под крышкой Моего стола, пахнет клубникой, да?

        – Да, это клубничный аромат, – подтвердил Михаил.

        – И последнее: когда она справится с заданием, Я буду тебе признателен,

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту