Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

47

человека нельзя было просто взять и убить, когда попало, хотя в случае с Лепинасом любой вариант был хорош. Робер ждал, пока Ян успокоится и замедлит шаг.

Ян бушевал не только оттого, что ребята упустили день сборища судейских. Со времени казни Марселя прошло больше двух месяцев, Лондонское радио много раз объявляло, что виновник его смерти заплатит за свое мерзкое преступление, и вот теперь нас могли счесть слабаками! Но в самый момент акции Робера охватило какое-то странное сомнение - это случилось с ним первый раз в жизни.

Его решимость прикончить прокурора ничуть не поколебалась, но что-то помешало ему действовать именно сегодня! Он клялся честью, что не знал о важности даты, выбранной Яном; Робер никогда не подводил товарищей и отличался необыкновенным хладнокровием - значит, у него были веские причины поступить так, а не иначе.

В девять утра он уже стоял на улице, где жил Лепинас. Согласно информации, собранной девушками из бригады, прокурор всегда выходил из дома ровно в десять часов. Марьюс, который участвовал в первой операции и едва не подстрелил другого Лепинаса, на сей раз должен был прикрывать отход.

Робер надел широкое пальто, уложил в левый карман две гранаты - для нападения и для защиты, - а в правый заряженный револьвер. В десять часов из дома никто не вышел. Прошло пятнадцать минут - Лепинаса не было. Пятнадцать минут - долгий срок, когда у тебя в кармане лежат две гранаты, которые сталкиваются между собой при каждом твоем шаге.

Полицейский на велосипеде, ехавший по улице, чуть притормаживает рядом с ним. Вероятно, это простая случайность, однако, учитывая важность будущей жертвы - прокурора, который все еще не появляется, - есть о чем подумать.

Время тянется мучительно долго, улица безлюдна, но если ходить по ней взад-вперед, неизбежно привлекаешь к себе внимание.

Да и парни, что стоят на углу с тремя велосипедами, приготовленными для бегства, не могут остаться совсем уж незамеченными.

Из-за угла выезжает грузовик, набитый немцами; две "случайности" за такое короткое время, это уж слишком! Роберу становится не по себе. Марьюс издали знаком спрашивает его, в чем дело, и Робер так же знаком отвечает, что все в порядке, операция продолжается. Проблема лишь в том, что прокурора нет как нет. Немецкий грузовик проезжает мимо, не останавливаясь, но как-то подозрительно медленно, и Роберу это совсем не нравится. Тротуары по-прежнему пусты; наконец кто-то открывает дверь дома, выходит и пересекает сад. Рука Робера стискивает револьвер в кармане пальто. Ему пока не удается разглядеть лицо человека, затворяющего ворота. Но вот незнакомец направляется к своей машине. И тут Робера пронзает страшное сомнение. Что, если это не Лепинас, а, например, врач, посетивший прокурора, который слег в постель с тяжелым гриппом? Ведь не подойдешь же к нему с вопросом: "Здравствуйте! Скажите, вы случайно не тот тип, в которого я должен разрядить свой револьвер?"

Робер шагает навстречу незнакомцу, и единственное, что ему приходит на ум, это спросить, сколько времени. Ему хочется проверить, не выдаст ли себя человек, который отлично знает, что ему грозит, каким-нибудь проявлением страха - дрожащей рукой, каплями пота на лбу.

Но тот невозмутимо оттягивает манжет и вежливо говорит:

– Половина одиннадцатого.

Пальцы Робера разжимают рукоятку револьвера, он не может стрелять. Лепинас кивает ему и садится в машину.

Ян молчит, ему

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту