Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

87

мне кажется, будто ты отдаляешься, я слышу тебя, как сквозь вату, и ты расплываешься у меня перед глазами. Мне так страшно, Артур. Мне так страшно без тебя. Обними меня ещё крепче.

        — Я держу тебя, ты меня больше не чувствуешь?

        — Не очень, Артур.

        Так плакали они оба — стыдливо, молча. Они чувствовали ещё глубже смысл каждой секунды жизни, ценность мгновения, важность одногоединственного слова. Они держали друг друга в объятиях. В несколько минут, не завершив поцелуя, Лорэн исчезла.

        Руки Артура сомкнулись на нём самом; он скорчился от боли и громко зарыдал. Все его тело сотрясалось, голова моталась из стороны в сторону, ногти впились в ладони.

        — Нет!

        Это слово, которое он кричал в животной жалобе, звенело в комнате так, что задрожали стекла.

        Он попытался встать, но покачнулся и упал на пол.

        Он потерял сознание на долгие часы.

        Придя в себя, Артур еле дотащился до подоконника, где Лорэн так любила сидеть, и устремил глаза в никуда.

        Артур погрузился в мир пустоты. Пустота проникала в его вены, добираясь до сердца. И ритм сердца с каждым днём становился все глуше.

        В первые дни пустота будила в Артуре гнев, неуверенность, ревность — не по отношению к другим людям, а к украденным мгновениям, к уходящему времени. Предательская пустота, проникая все глубже, изменяла чувства, обостряя их, будоража всплесками, делая пронзительными. Чувства становились все обостреннее. Он ощущал всей плотью неудовлетворённую потребность — в другом человеке, в любви.

        Так мучается желанием тело, так нос пытается уловить запах, так ладонь стремится прикоснуться к живому, чтобы ласкать, так глаз сквозь слёзы видит лишь воспоминания, так кожа жаждет ощутить другую кожу, так руки смыкаются на пустоте, а каждый палец сгибается в привычном ритме, так балансирует нога, лишённая опоры.

        Он пребывал в прострации долгие дни и ещё более долгие ночи. Он передвигался от рабочего стола, где писал письма фантому, к кровати, где лежал, уставившись в потолок невидящим взглядом. Телефонная трубка косо лежала на аппарате, но Артур не замечал этого. Ему было все равно, он не ждал ничьего звонка.

        В ту ночь он вышел на улицу, пытаясь заставить себя подышать воздухом. Но сил у него хватило ровно на то, чтобы перейти на другую сторону дороги и, пройдя несколько десятков метров, присесть на приступку невысокой ограды. Под таким углом контуры улицы образовали коридор, и в конце его над маленьким садиком возвышался дом в викторианском стиле.

        Только из одного окна ещё выбивался лучик света в эту безлунную ночь — это было окно его гостиной. Дождь прекратился, но лучше Артуру не стало. За оконным проёмом он угадывал Лорэн, её плавные движения.

        Она ушла на цыпочках сердца.

        Артуру казалось, что среди теней на мостовой он видит изящный изгиб её силуэта, исчезающего за углом. Как обычно, когда он чувствовал себя беззащитным, Артур засунул руки поглубже в карманы, ссутулился и зашагал по улице.

        Вдоль серобелых стен он шёл по следам Лорэн. Шёл медленно, чтобы никогда не догнать её. Дойдя до угла, заколебался, потом, подталкиваемый холодом, двинулся дальше. Он вновь переживал каждую минуту внезапно оборвавшейся жизни.

        Артур. Сомнение и связанный с ним выбор — это две

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту