Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

64

и я думаю, она знала, о чём говорила.

        — А ты ей что сказал?

        — Я вцепился в её руку и спросил, не устала ли она. Она улыбнулась. Короче, я хотел сказать, что не верю, будто Энтони устал жить, нет, это не депрессия; я полагаю, к нему пришла мудрость.

        Они направились к дому, но Артур свернул, чувствуя, что готов зайти в розарий.

        — Мы идём к сердцу королевства, в розовый сад!

        — Почему «сердце королевства»?

        — Лили была помешана на розах. На моей памяти розы были единственным предметом её перепалок с Энтони. Она заказывала черенки по каталогу, её гордостью было разведение сортов со всего мира, особенно если в примечании указывалось, что климатические условия, необходимые для благополучного существования растения, совершенно отличны от местных. Для неё становилось делом чести уличить садоводов в невежестве и вырастить из черенка куст.

        — И много таких кустов было?

        Он насчитал около ста тридцати пяти. Однажды, когда начался страшный дождь, Энтони и мать встали среди ночи и побежали в гараж за огромным куском брезента. Энтони закрепил три угла брезента кольями, а четвёртый они вдвоём держали на вытянутых руках, один — забравшись на складную лестницу, другая — стоя на вышке теннисного судьи. Когда гигантский зонтик становился слишком тяжёлым от скопившейся дождевой влаги, они его встряхивали. Буря длилась больше трех часов. «Если бы дом загорелся, я уверен, они меньше бы всполошились. Посмотрела бы ты на них наутро, они были как две развалины». Но розарий был спасён.

        — Посмотри, — воскликнула Лорэн, — сколько ещё здесь цветов!

        — Да, это дикие розы, они не боятся ни солнца, ни дождя; тебе лучше надеть перчатки, если хочешь их срезать — на них полно шипов.

        Они провели большую часть дня, вновь и вновь открывая для себя уголки просторного сада, окружающего дом. Артур показывал деревья, зарубки, которые когдато оставил на коре. Обходя кругом одну из сосен, он показал место, где сломал ключицу.

        — Как ты умудрился?

        — Я созрел и упал с дерева!

        День пролетел незаметно. Вечером они вернулись на берег океана, уселись на камни и увидели картину, ради которой люди съезжаются со всего мира. Лорэн широко развела руки и воскликнула: «Микеланджело сегодня в ударе!» Артур глянул на неё и улыбнулся. Вернувшись в дом, они вместе совершили «уход за телом», потом Артур развёл огонь в камине в маленькой гостиной.

        — Так что такое чёрный чемоданчик?

        — Ты ничего не забываешь!

        — Нет, просто внимательно слушаю.

        — Это чемодан, который принадлежал маме; она хранила там письма и сувениры. Я думаю, что этот чемодан, по сути, содержит все главное в её жизни.

        — Что значит — «я думаю»?

        Чемодан был великой тайной. Весь дом принадлежал Артуру, кроме шкафа, где лежал чемодан. Доступ был категорически запрещён. «И я не стал рисковать!»

        — Где он?

        — В кабинете.

        — И ты так ни разу и не вернулся, чтобы открыть его? Поверить не могу!

        Глядя, как Лорэн скептически сморщила лоб, Артур признался:

        — Ладно, правда в том, что я всегда трусил.

        — Почему?

        — Не знаю; боялся, что это изменит образ, который я сохранил, боялся, что печаль будет слишком сильной.

        — Сходи за ним!

        Артур не двинулся с места. Лорэн настаивала,

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту