97

чтобы пожениться в Италии.

        – А вы тоже приехали сюда жениться? – не сдержал любопытства Антуан.

        – Нет, нам еще рановато, – засмеялась очаровательная молодая женщина.

        – Но мы празднуем другое радостное событие, – добавил ее спутник. – Лоран беременна, малыш должен появиться в конце лета. Но только никому ни слова, это пока что секрет.

        – Я не хочу, чтобы об этом узнали в Мемориальном госпитале, Артур! – заметила Лоран.

        Она повернулась к Антуану, ища у него поддержки:

        – Меня недавно приняли в штат, и я не хочу, чтобы в коридорах судачили о неизбежных отлучках. Ведь я права, разве не так?

        – Этим летом ее назначили старшей по смене, так что она слегка помешалась на работе, – вставил Артур.

        Разговор продолжился; молодая докторша обладала острым язычком, и Антуан был очарован тем, как хорошо эта пара понимала друг друга. Когда они извинились, сказав, что им пора двигаться в путь, Антуан поздравил обоих с ожидавшимся прибавлением и пообещал хранить секрет. Если однажды он окажется в СанФранциско, то надеется, что у него не будет повода посетить Мемориальный госпиталь.

        – Не зарекайтесь, можете мне поверить… У жизни куда более богатое воображение, чем у нас!

        Уходя, Артур вручил ему свою визитку и заставил пообещать, что он обязательно позвонит им, если окажется в Калифорнии.

* * *

        Матиас и дети вернулись совершенно счастливые тем, как провели вторую половину дня. Антуан должен был пойти с ними: замок Кодор великолепен.

        – А ты не хочешь в будущем году съездить в СанФранциско? – спросил Антуан, снова пускаясь в дорогу.

        – Я не любитель гамбургеров, – поморщился Матиас.

        – А я не любитель хаггиса, но тем не менее я здесь, – парировал Антуан.

        – Ладно, в будущем году и посмотрим. Ты не можешь ехать побыстрее, чего мы тащимся!

        На следующий день они направились на юг и сделали долгую остановку на берегу ЛохНесса. Матиас поспорил на сто фунтов стерлингов, что Антуану будет слабо намочить хоть кончик пальца в водах озера, и выиграл пари.

        Утром в пятницу каникулы подошли к концу. Из аэропорта в Эдинбурге Матиас засыпал Одри посланиями. Первое он отправил, спрятавшись за газетной стойкой, два других из туалета, куда он был вынужден вернуться за забытой у раковины сумкой, четвертое – в тот момент, когда Антуан проходил через рамку безопасности, пятое – прячась у него за спиной, когда они спускались по лестнице к самолету, и последнее – пока Антуан убирал куртки детей в багажное отделение. Одри была счастлива, что он возвращается, горела желанием увидеть его и обещала скоро приехать.

        В самолете, который вез их домой, Антуан и Матиас поругались – как и по дороге туда – изза того, что ни один не желал садиться у окошка.

        Антуан не любил чувствовать себя зажатым в конце ряда, а Матиас напоминал, что у него головокружение.

        – В самолете ни у кого головокружений не бывает, это всем известно, ты бог знает что готов выдумать, – ворчал Антуан, усаживаясь против воли на ненавистное место.

        – А вот у меня бывает, стоит мне посмотреть на конец крыла.

        – Ну так не смотри, и все тут! Можешь мне объяснить, что интересного разглядывать конец крыла? Ты боишься, что оно отвалится?

        – Ничего я не боюсь! Это ты боишься, что крыло отвалится, поэтому и не хочешь