86

Софи может проверить сама.

        – У меня имеются дикие розы, солнцецветы, пионы, кстати, их сезон только начался и они просто великолепны, но у меня еще нет гостевой комнаты, – сказала она в ответ, смеясь от всей души. – Думаю, вы стали жертвой мошенников.

        В замешательстве мужчина поставил свой чемодан рядом с чехлом, в котором, судя по его форме, находилась доска для серфинга.

        – Не знаете ли вы какогонибудь приятного места, где я мог бы поспать сегодня вечером? – спросил он с акцентом, выдававшим его австралийское происхождение.

        – Здесь недалеко есть очень симпатичная гостиница. Пройдите дальше по улице, она будет на другой стороне Олд Бромптонроуд, номер дома – шестнадцать.

        Мужчина горячо поблагодарил ее и поднял свой багаж.

        – Пионы и правда замечательные, – заметил он выходя.

* * *

        Хозяин столярной мастерской внимательно изучил чертежи. В любом случае заказ Маккензи было бы очень трудно выполнить в предлагаемые сроки. Наброски Антуана значительно упрощали работу мастерской, дерево еще не начали распиливать, так что он не видел никаких проблем в том, чтобы заменить предыдущий заказ этим. Договоренность была скреплена крепким рукопожатием. Антуан мог спокойно уезжать на экскурсию в Шотландию. Рабочие прибудут на место и сразу приступят к установке, так что к вечеру воскресенья все будет закончено. Пора поговорить о других текущих проектах, а в ресторанчике километрах в десяти отсюда для них заказан столик.

* * *

        Матиас посмотрел на часы: уже два!

        – Может, посидим подольше на этой террасе? – жизнерадостно предложил он.

        – У меня есть идея получше, – возразила Одри и потянула его за собой.

        Она жила в маленькой студии на самой верхотуре башни напротив порта Жавель. Если сесть на метро, через четверть часа они уже будут там. Пока она звонила в редакцию, чтобы предупредить, что задержится, а Матиас по телефону менял обратный билет, вагон надземного метро уже нес их по рельсам. Поезд остановился на станции БирХакейм. Они сбежали по огромным металлическим эскалаторам, а на набережной Гренель еще прибавили ходу. Когда они выскочили на эспланаду, окружающую башню, совершенно запыхавшийся Матиас, остановившись, нагнулся вперед, упираясь руками в колени. Потом выпрямился и посмотрел на высоченное здание.

        – Какой этаж? – прерывистым голосом выдавил он.

        Лифт поднимался до двадцать седьмого. Кабина была непрозрачной, и Матиас смотрел только на Одри. Когда они зашли в квартиру, она подошла к оконному проему, выходящему на Сену. Задернув занавески, чтобы не вызвать у него головокружения, она все же головокружение вызвала, но иным образом – сняв кофточку; потом позволила джинсам скользнуть по ногам вниз.

* * *

        Народу на террасе не убавлялось. Эния бегала от столика к столику. Она приняла плату от австралийского серфингиста и охотно согласилась посторожить его доску, пусть только прислонит ее к стене в служебном кабинете. Ресторан вечером открыт, он может забрать ее до двадцати двух часов. Она показала ему дорогу и вернулась к своим обязанностям.

* * *

        Джон поцеловал руку Ивонны.

        – Сколько осталось времени? – спросил он, ласково поглаживая ее щеку.

        – Сказала же тебе, я доживу до ста лет. – А вот что врачи сказали?

        – Те же глупости,