Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

37

ее редакция на тридцать третьем этаже башнинебоскреба рядом с «НьюЙорк тайме». Мэри облачилась в черное вечернее платье, накинула на плечи шелковую шаль, а сверху надела пальто. У обоих было хорошее настроение, и, хотя они отлично понимали, что в новогоднюю ночь до Таймссквер им придется добираться пешком, время от времени они оборачивались, тщетно пытаясь поймать такси. Ночь стояла ясная, теплая. Мэри молча улыбалась, а Филипп с жаром рассказывал ей о трудностях рекламного бизнеса. Они остановились у светофора на переходе через 15ю улицу.

        — Я слишком много болтаю, да?

        — А что, у меня скучающий вид? — ответила она вопросом на вопрос.

        — Для этого ты слишком хорошо воспитана. Извини, я просто выплескиваю скопившиеся за неделю слова. Я столько вкалывал, что почти и не разговаривал.

        Внутри было не протолкнуться: в редакционном офисе собралось около трехсот человек, и празднование уже шло полным ходом. Целая бригада официантов сбивалась с ног, поднося еду к буфету, осаждаемому толпой. По большей части эти воины, облаченные в белые ливреи, были вынуждены возвращаться с полдороги, поскольку их подносы пустели прежде, чем они успевали добраться до цели. Разговаривать, слушать и даже танцевать в такой толкучке было совершенно невозможно. Два часа спустя Мэри помахала Филиппу, который беседовал с кемто в нескольких метрах от нее. Он не разобрал, что она сказала, но ее палец указывал в единственно значимом направлении — на выход! Филипп кивком показал, что понял, и начал продвигаться к двери. Через пятнадцать минут они встретились у гардероба. Царившая в коридоре тишина их оглушила. Филипп нажал на кнопку центрального лифта, а Мэри направилась к огромным окнам, откуда открывался вид на город.

        — С чего ты взял, что придет именно этот, а не левый или правый?

        — Ни с чего, просто привычка. И потом, какой бы лифт ни пришел, посередине мне до любого из них одинаково близко…

        Не успел он договорить, как на панели над его головой зажегся зеленый огонек и раздался звонок.

        — Видишь, я угадал!

        Мэри не шевельнулась. Она стояла, прижавшись лбом к стеклу. Филипп дал лифту закрыться и тоже подошел к окну. Не сводя глаз с улицы, она вложила свою руку ему в ладонь.

        — С Новым годом, — сказала она.

        — Да мы уже полчаса назад друг друга поздравили!

        — Примерно в это же время в прошлый Новый год ты нашел меня, и тогда мы тоже пробирались сквозь толпу, только там, внизу, а не здесь. Вот, пожалуй, и вся разница. Но вообщето мне жаловаться не на что, с тех пор мы поднялись на тридцать три этажа!

        — Что ты хочешь этим сказать?

        — Филипп, вот уже год как мы ужинаем вместе три раза в неделю, год как ты рассказываешь мне всякую всячину, а я — тебе. За этот год мы обошли все улицы Сохо, Виллиджа, Нохо, а однажды в воскресенье добрались даже до моста Трайборо. Должно быть, мы пересидели на всех скамейках на Вашингтонсквер, перепробовали все поздние завтраки в нижней части города, выпили во всех барах, и в конце каждого вечера ты неизменно провожаешь меня до дома и с этой своей смущенной улыбочкой убываешь. И каждый раз, когда твой силуэт исчезает за углом, у меня сжимается сердце. Помоему, я уже хорошо знаю дорогу, и ты можешь позволить мне возвращаться домой одной.

        — Ты не хочешь, чтобы мы встречались?

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту