Леви Марк Лазаревич
(1961—н.в.)
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

21

добр, не делай такое лицо.

        Сьюзен положила руку на ладонь Филиппа, и он тут же отвернулся, не желая, чтобы она видела тоску и разочарование в его глазах. Чувство одиночества сдавило его сердце. Он погладил пальцем руку Сьюзен. Ее кожа утратила гладкость, появились морщинки, и он старался на них не смотреть.

        — Знаю, это трудно, — проговорила она. — Там не возможно сохранить девичью кожу. Сам видишь мои ногти, а уж о ногах я вообще молчу. Что ты хотел мне показать?

        Филипп хотел показать ей свою студию на Манхэттене, ну да ладно, покажет в следующий раз. Он пристально поглядел на нее, и выражение его глаз изменилось. Сьюзен поглядела на часы.

        — Сколько у тебя времени?

        — Два часа.

        — Всегонавсего?!

        — Мало, конечно, но ты не представляешь, как мне пришлось изворачиваться, чтобы удрать и сделать этот крюк.

        Она вытащила завернутый в коричневую крафтовскую бумагу пакет и положила на стол.

        — Отнеси этот пакет по адресу, очень тебя прошу! Это наша контора в НьюЙорке — и один из липовых предлогов, которым я воспользовалась, чтобы повидаться с тобой.

        Филипп даже не взглянул на пакет.

        — Я думал, ты работаешь на гуманитарную организацию. Мне и в голову не приходило, что ты в воспитательном лагере.

        — Теперь ты знаешь!

        — Расскажи поподробнее.

        За два года она успела себя зарекомендовать. Ее направили в Вашингтон дать обоснование запрошенным кредитам, а потом она должна как можно скорее вернуться с медикаментами, перевязочными материалами и непортящимися продуктами.

        — А пока они будут все это паковать? У тебя же будет какоето время.

        — Паковать все буду только я! Я специально для этого и приехала! Я должна забрать с собой только то, что нам действительно нужно, а не тонну всяческой хрени, которую они готовы нам спихнуть.

        — А что конкретно вам необходимо?

        Она сделала вид, что достает из кармана список и читает его:

        — Ты идешь по левому проходу, а я — к холодильникам в глубине магазина, встречаемся у касс. Ты все запомнил? Нам нужны школьные принадлежности, триста тетрадок, девятьсот карандашей, шесть классных досок, сто упаковок мела, учебники испанского, пластмассовая посуда, вся, которая найдется на полках, примерно шестьсот тарелок, две тысячи ножей, столько же вилок и вдвое больше ложек, девятьсот одеял, тысяча пеленок, тысяча полотенец, сотня комплектов постельного белья для диспансера…

        — Лично мне нужна только ты, Сьюзен.

        — …две тысячи компрессов, триста метров хирургической нити, оборудование для стерилизации, стоматологические инструменты, иглы, стерильные тампоны, расширители, зажимы, пенициллин, аспирин, антибиотики широкого действия, анестетики… Извини, это не слишком забавно.

        — Ну, не все так плохо! Я могу хотя бы полететь с тобой в Вашингтон?

        — Тебя со мной не пустят. И представь себе, в лучшем случае нам дадут лишь двадцатую часть того, что нам нужно.

        — Ты уже говоришь «нам», говоря о тех местах?

        — Да? Я не заметила.

        — Когда ты вернешься?

        — Понятия не имею. Думаю, через год.

        — Но в следующий раз ты останешься?

        — Филипп, не делай из этого трагедии. Если бы один из нас уехал учиться в университет на другом конце страны, было бы то же самое, разве нет?

        — Нет, каникулы не длятся два часа. Ладно, не буду

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи
















Читать также


Произведения, проза
Поиск по книгам:



ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту